Добро пожаловать на сайт Федерального министерства иностранных дел

Пускай ветры и голосуй за крыс: the awful german language

Самое безобидное немецкое слово Fahrtwind (ветер во время езды) у англоговорящих жителей планеты вызывает смущенное хихикание

Самое безобидное немецкое слово "Fahrtwind" (ветер во время езды) у англоговорящих жителей планеты вызывает смущенное хихикание, © picture alliance / WILDLIFE

Статья

Germania-online о том, как "онемечивается" английский язык.

Американцы до того любят Германию, что постоянно норовят употреблять в речи заковыристые немецкие слова. Это считается модным, продвинутым и даже космополитичным, а заодно порождает порой такие пикантные ляпы, над которыми не грех от души посмеяться. Germania-online о том, как "онемечивается" английский язык.


Бывает, что в удручающей ситуации теряешь дар речи и у тебя нет слов, чтобы вербально отреагировать на происходящее. Такой "зависший" американец, на первый взгляд, просто "too emotional to talk" (англ.: "слишком взволнован, чтобы говорить"). Но нет: если он красноречив, он скажет про себя "verklemmt" (то бишь нем. "скован"). "Продвинутые юзеры" немецкого языка даже пытаются ввернуть в свою речь что-нибудь непроизносимое для носителя-американца, например, "Sturm-und-Drang-Zeit" (это литературный термин "Период бури и натиска") или "Fahrvergnügen" (дословно "удовольствие от езды" – слоган автоконцерна Volkswagen).

Сами американцы считают использование немецких слов, еще не превратившихся в официально устоявшиеся заимствования, показателем космополита. Если житель США считает себя таковым, он объясняет это своим Weltanschauung ("мировоззрением") или явлением вполне в Zeitgeist ("в духе времени"). При этом вероятно, что на его книжной полке отыщется какой-нибудь Bildungsroman ("воспитательный роман" – тип романа, получивший распространение в литературе немецкого Просвещения). Скорее всего, он даже знает, что такое Schadenfreude ("злорадство") или Gemütlichkeit ("добродушие"). И – сто к одному! – этот лингвистический космополит из США пожелает чихнувшему в его присутствии Gesundheit ("Будь здоров!"). В общем, страшный сон для языковых пуристов в Америке, которые обвиняют любителей ввернуть в речь немецкое словцо в "важничании", "тщеславии" и "надменности". Выражаясь на современном английском, чистой воды Wichtigtuerei!

В прошлом году по заказу Посольства Германии в США было проведено исследование Magid-Study, в результате которого выяснилось, что сегодня американцы как никогда ранее любят Германию. 60 процентов опрошенных даже сказали, что эта страна просто "wunderbar" (нем.: "чудесная"). Американцы ценят Германию за современность, прогрессивность и важную роль в развитии науки. Большинство жителей США высокого мнения о политике Ангелы Меркель в условиях финансового кризиса. А саму бундесканцлерин даже спародировали в комедийном телешоу Saturday Night Live Show, что вполне можно расценить как выражение народной симпатии. Возможно, поэтому и ласкают слух американцев слова из немецкого языка.

Другое возможное объяснение любви к немецкому языка – это, используя терминологию лингвистов, языковое родство. Например, и в английском, и в немецком существует много омофонов. Так в языкознании называют слова, которые звучат одинаково, но пишутся по-разному и имеют разные значения. Эти самые омофоны – просто кладезь для американских юмористов, особенно, если произносить немецкие слова по-английски.

Поэтому американцы веселятся, например, над немецкими бургомистрами. Ведь можно подумать, что в ратуше (das Rathaus) сидят не политики, а зубастые крысы (a rat). Особенно, если прочитать это слово на английской манер – "ræt"-haus. Но смешнее всего получается, когда речь идет о чем-нибудь, связанном с поездкой (die Fahrt). "Ausfahrt" (выезд), "Einfahrt" (въезд), "Extrafahrt" (специальная поездка), "Familienfahrt" (семейная поездка), "Fahrtwind" (возникающий во время езды встречный ветер) – американцу никак не взять в толк, зачем в немецком языке столько синонимом для досадной неприятности, о которой и сказать вслух неудобно? Потому что носитель английского языка читает немецкое слово "Fahrt" как понятное ему, и к тому же совсем не литературное "fart", то есть – извините – "громкое выпускание газов из кишечника".

Собственно, все сложности "скользкого и увертливого" немецкого языка, с которыми сталкивается носитель английского, уже описал Марк Твен в своем знаменитом эссе The awful german language. Только он не знал, что в 21-м веке путевые записки американца, отправившегося на Октоберфест в Германию, будут выглядеть примерно так: "I felt wanderlust, so I packed my rucksack and hit the road. Before the world goes kaput I at least want to finish my dirndl diaries. So I schlepped myself across the country until I reached the hinterland, where I met a bunch of dummkopfe wearing lederhosen. The group was shooting a bergfilm. The leitmotif of the film was uber-stupid. This sort of dreck should not only be forbidden but also verboten".

Ксения Максимова